Картина являет собой, казалось бы, водный пейзаж, но лишь на первый взгляд. Стоит лишь всмотреться в крестообразность мачт, спокойствие водной глади и вспомнить библейскую легенду о Генисаретском озере. Три лодки словно отсылают к фигурам Симона, Иоанна и Иакова из притчи о ловле рыбы. Иносказательно, эта легенда повествует о искусстве проповеди и привлечении последователей. Картина же словно запечатляет то, что было за минуту до происходящего. Но если оставить мысль вложенную художником в работу, саму идею за кадром, то это просто лодки, просто мачты и просто озеро, написанные мастерски. В работе тонкие отношения неба и воды, двух миров, соединенных световоздушной перспективой. Отражение самих лодок в глади воды, лишь слегка подернутой рябью, истрепанный парус центрального судна. Может ли пейзаж рассказать притчу?